Четвертый путь — не делать ничего, брать кредиты на Западе, сохранить сложившуюся структуру импорта, надеяться, что цены на сырьевые товары вновь поднимутся. Он и был выбран, результат известен (рис. 9 и рис. 10).

Рис. 9. Добыча нефти в СССР (млн баррелей в день) и экспорт сырой нефти из СССР на свободную конвертируемую валюту (млн тонн, правая шкала) в 1985–1990 годах

Источники: US energy department; Народное хозяйство СССР в 1990 году. Стат. ежегодник. М.: Финансы и статистика, 1991. С. 646.

Рис. 10. Темпы прироста промышленного производства СССР в 1985–1990 годах, % к предыдущему году

Источник: Народное хозяйство СССР. Стат. ежегодник. М.: Финансы и статистика, 1995, 1988, 1990.

К 1988–1989 годам стало ясно, что возможность привлечения коммерческих кредитов с западных финансовых рынков сократилась. Затем их вовсе перестали предоставлять. Это сделало острый экономический кризис советской экономики неизбежным.

С этим связана еще одна развилка конца 1980-х годов: политическая либерализация или ужесточение режима?

Если невозможно сохранить условия действовавшего на протяжении десятилетий неявного договора, то, в надежде договориться с обществом, можно смягчить политический режим. Или, напротив, идти на ужесточение репрессий, что означало обострение конфликта с Западом, полную потерю шансов на получение западных государственных кредитов. К тому же такая политика могла спровоцировать развитие событий по образцу начала 1917 года в России. Однако политическая либерализация на фоне экономического кризиса создавала серьезные риски устойчивости режима.