— Нормально.

— Возможно, вы желаете чего-то или кого-то?

— Вас, — отвечаю я, — но сомневаюсь, что это возможно, — остается только мечтать.

Она улыбается своей металлической улыбкой (улыбка куклы более человечная!), и экран снова превращается в мертвый прямоугольник.

Я уже осушил половину сказочной бутылки (вообще я предпочитаю называть этот предмет флаконом, словом, как мне кажется, более изысканным), когда мне сообщают о прибытии мистера Смитта.

Я встретил его на пороге своей комнаты.

Это высокий парень лет тридцати, его вьющиеся волосы слегка седоваты. Смуглое, слегка удлиненное улыбающееся лицо, взгляд светлый и открытый.

Мы пожимаем друг другу руки.

Он окружен аурой прекрасного мужского одеколона. Как и у меня, на его руке часы марки «Паша Картье».

— Итак, вы решили лично доставить сюда мистера Легоржеона?

— Именно так! Я приглашу его сюда, но сначала я хотел бы поговорить с вами наедине.

— С удовольствием!

— Вам известна причина смерти Фузиту Мартини?

— Никакого понятия на этот счет.

— Кто сообщил вам о ее смерти?

Он перламутрово улыбается.

— Она сама...

— Оригинально! Каким же образом? Надеюсь, вы не вызывали ее дух поворотом вращающегося столика?

Он достает из дорогого портфеля листок бумаги и протягивает его мне: письмо без даты адресовано нотариальной конторе.

Я читаю его:

«Месье,

Когда вы получите это письмо, я буду уже мертва и кремирована. Исходя из этого, я была бы очень признательна вам, если бы вы сообщили о моей смерти месье профессору Феликсу Легоржеону, моему наследнику, пригласив его для вручения ему прав на наследство. Лицо, уполномоченное мною передать вам это письмо, вручит вам также и копию моего согласия на кремацию тела, заверенную местными властями.

Позвольте выразить вам свой искренний и последний привет.