Выйдя из глубокой умственной депрессии, Маркиз закричал петухом. Крик его. многократно повторился в песчаных барханах и замер вдали.

Появляются мысли, что эту пустынную землю необходимо исследовать на предмет признаков жизни. Кажется, что такие исследования на Марсе были бы намного результативнее.

Здание аэровокзала разделено на две части, одна для приема пассажиров, другая — для вылета. За стойкой бара сидит обрюзгшая женщина без возраста, с лицом, изъеденным оспой и алкоголем; ее огненно-рыжие волосы купаются в пивной кружке.

— Хэлло! — приветствую я ее.

Но у нее даже веки не вздрогнули. Я захожу в соседнее помещение, где бородатый тип с наушниками на голове похрапывает у панели с приборами.

— Хэлло! — кричу я повеселее.

Соня устраивается поудобнее и начинает так неистово храпеть, что рев двигателей нашего самолета кажется всего лишь легким посапыванием.

Я хочу разбудить его и начинаю легонько потряхивать за плечи.

— Пошел на...! — извергается он руганью, так и не соизволив открыть глаза.

Потерпев поражение при попытке разорвать его сонное оцепенение, я возвращаюсь к друзьям. Толстяк, проявив инициативу, вместе с Маркизом старается переложить в сумку содержимое холодильника. Сбитый с толку неожиданной ситуацией, я не отказываюсь от банки холодного пива и бутылки белого вина.

Пытаюсь найти телефон. И Провидение подсовывает мне клочок бумаги на барной стойке со словом «Такси» и телефонным номером.

Слышу, как на другом конце пустыни долго звенит звонок, а потом раздается и голос:

— Бориш Гараж.

Я объясняю, что звоню с аэропорта Истерикал Голд и что хочу заказать такси, чтобы добраться до Морбак Сити.

Голос (женский, мужской или гермафродита) отвечает только «О'кэй», что не позволяет мне раскрыть тайну его пола.

Не остается ничего другого, как ждать, опустошая холодильник. Мы очень старательно выполняем эту задачу. Старая рыжая пьяница, сквозь полудрему пытается составить нам компанию и допить свое пиво, но у нее ничего не получается. Ее голова безвольно опускается на стойку.