И народ — крестьянство, рабочие, горожане — не тот: иной социальный состав, иной уровень социальной активности, грамотности, иные представления, иные требования. Сохранившая с крепостных времен избыточность сельского своего населения, Россия должна была пройти сквозь мучительную и долгую экономическую перестройку, без которой удовлетворительно разрешить свои внутренние противоречия она не могла бы. Ей предстояло:

1) перераспределить землю экономически наиболее выгодным для общества образом;

2) убрать из деревни и занять в промышленности избыточные рабочие руки;

3) сделать промышленность производительной, без чего нельзя было обеспечить наемным работникам удовлетворительные условия труда и существования.

Через подобную перестройку прошли в свое время почти все развитые страны. Экономические программы С. Ю. Витте, а позднее П. А. Столыпина, учитывая (особенно — вторая) российскую специфику, были устремлены к созданию в России той хозяйственной почвы, на которой только и мыслимы были бы последующие либеральные преобразования в политике. Сравнительно мирный выход из российского квазитупика лежал в области хозяйственного и гражданского устроения крестьянства, действительного и последовательного исполнения «Манифеста» 17 октября 1905 года, в нейтрализации политического экстремизма и прежде всего — террора. Страна остро нуждалась в активизации промышленной жизни и торговых связей, в публицистической, культурной и политической пропаганде, которая позволила бы большинству населения осознать свои далеко идущие интересы.

Если бы не убийство (но готовилась и отставка!) Столыпина… Если бы не война… Но история не признает никаких «если бы»: она есть то, что произошло.

Сработал расчет радикалов: чем хуже — тем лучше (для их сиюминутной победы). Они (всех мастей) и сегодня так рассуждают: чем хуже — тем лучше. Им легче ловить рыбку в мутной воде.