Трудно сейчас сказать — куда и когда их вынесут льды. Может быть, будем снимать их уже осенью, вероятно в т. ч. и это ожидается, но уже сейчас наша экспедиция показала, на каких машинах лучше проделать эту операцию. Надо снаряжать новые машины — скоростные, с большим радиусом действия, вот вроде ильюшинской «ЦКБ -26». Во всяком случае, их можно готовить уже сейчас, оборудовать, снарядить, продумать все усовершенствования для полетов в Арктике. Работы хватит. А ты что будешь делать, Анатолий Дмитриевич?

И сразу все оживились. Водопьянов задел самое заветные мечты пилотов. Разговор стал горячим и напряженным. Люди говорили о своих планах. Отсюда, с полюса, с крыши мира земной шар казался доступнее и интимнее.

— Что ж обо мне говорить, я — моряк, — усмехнулся Алексеев. — Так, наверное, в Карском море и помру. Дадут мне машину и буду летать между Рудольфом и мысом Молотова.

До последнего времени между этими двумя крупнейшими землями никто не плавал. Лишь в 1935 г. сюда проникло высокоширотная экспедиция «Садко». Она обнаружила большое мелководье, остров, названный им. Ушакова, но за пределы 82 параллели практически она не вышла. Работы «Садко» объяснили многое, непонятное ранее в ледовом режиме Карского моря, но все же интереснейший во всех отношениях район изучен, прямо сказать, недостаточно. А от его ледового режима зависит вся ледовая навигационная обстановка Карского моря труднейшего участка северного морского пути.

— Район действительно очень интересный и малодоступный, — согласился Бабушкин. — Я участвовал в экспедиции «Садко». Почти все время мы шли в тумане. Это помешало полностью обследовать все белое пятно.

Северный полюс. отправлено 19 мая 1937 г.

Со всего плеча

— Ну как? — спросил генерал.

— Ничего не видно, — ответил летчик.

— Прекрасно, — облегченно вздохнул генерал. Сегодня же перебросить на правый берег еще несколько десятков орудий. Если свой летчик с бреющего полета в названных заранее местах не заметил замаскированных пушек, то их не обнаружит и авиация противника.