В этом, как и во всем, сказывалась революционная находчивость товарища Сталина.

Обычно у окна сидела моя жена — за шитьем или другой домашней работой — и всматривалась в решетчатые окна тюрьмы, видневшиеся в отдалении.

Однажды, заметив условный знак, она поспешала к тюрьме. В тюремные ворота впускали по двадцать человек и так же по счету выпускали после свидания с заключенными.

Это, помнится, было в воскресный день.

Жена моя со всеми вместе прошла в глубь тюремного двора. К ней подошел товарищ Сталин. Отвел в сторону. Время проходило незаметно. Звонок давно уже возвестил об окончании свидания, все разошлись, но Сталин, стоявший в сторонке, продолжал говорить. И вот подбегает тюремный обходчик, кричит на мою жену: «Почему осталась? Кого же мы выпустили?»

Одним из двадцати вышел за тюремные ворота наш товарищ, революционер. Побег был мастерски организован товарищем Коба.

Безуспешно рыскали тюремщики по двору. Рабочие, узнав об этой истории, говорили: «Молодец Коба, хитро придумал».

В то время я был председателем коллектива РСДРП Биби-Эйбатского и Баиловского района. Однажды получаю записку, переданную из тюрьмы по поручению Коба. В ней было сказано: остерегайтесь заведующего народным домом — он провокатор. И действительно, вскоре типографии, о которой знал указанный в записке человек, стала грозить опасность.

Революционная бдительность и настороженность, забота о кадрах подполья и о партийном хозяйстве составляли характерную черту товарища Сталина. Он был внимателен ко всему, вникал во все детали, и даже когда его отделяли от нас тюремные стены, мы чувствовали его руководящую волю, неиссякаемую революционную находчивость.