
Распространяться о литературных достоинствах романов я не намерен: оценивать писательский труд — это все-таки в первую очередь дело читателей, да и предисловие — не критическая статья. Скажу лишь, что они достаточно несхожи меж собой — как по сюжетам, так и по уровню исполнения. Но вот о двух друг с другом тесно связанных идеях мне хотелось бы поговорить.
Во-первых, о робинзонстве. Не о той робинзонаде, что обязана рождением своим злоключениям несчастного морехода из Йорка, а ее, так сказать, племяннице — робинзонаде коллективной. Притягательность этого жанра велика, и потому обнаружить его можно в литературах многих стран и народов (в причины этого явления вдаваться сейчас я не стану — важно иное). Но не зря, совсем не зря остро наблюдательный Жюль Берн сделал героями своего «Таинственного острова» американцев — их ментальности подобная ситуация соответствует более всего. Собственно, начать здесь нужно было бы даже с англичан — но англичан той поры, когда искать счастья в колониях было естественным умонастроением общества.
