— Карта не очень точная, — говорит Настев. — Я бывал в тех местах и, как вам сказать, дороги там не из приятных! Опасные.

Эту карту я рассматривал и в Софии, но теперь все воспринимается по-другому. Даже при таком масштабе топографы все же постарались обозначить на тонкой ниточке шоссе несколько довольно крутых поворотов.

Шоссе обрывалось в Юргордене, дальше с одной стороны простиралось море, а с другой — горы.

— Что заставило его отправиться туда?

Настев в ответ качает головой.

— Не знаю. Это курортный городишко, но сейчас, осенью… Ума не приложу!

— Вам сообщили сведения о шофере грузовика?

— Тотчас же, все сведения, которые я запросил. В результате аварии он пострадал и сейчас находится в больнице в Кронсхавене. Он предупрежден, что придется дать дополнительные показания, но вряд ли мы узнаем что-нибудь для нас интересное…

— В каком смысле?

— Дело в том, что он ничем не примечательный человек. Почтенный отец семьи, двое детей. Никогда ранее не подозревали ни в чем предосудительном. Но я приготовил для вас кое-что новенькое.

Настев достает из внутреннего кармана пиджака несколько сложенных вчетверо листов и протягивает их мне.

— Там приложен и перевод.

Вырезка из вчерашнего номера газеты “Кронсхавен тиднинген”. Три колонки мелким шрифтом и две фотографии. На первом плане — смятый автомобиль марки “пежо”, за ним виднеется силуэт большого грузовика с тупой мордой радиатора. В сторонке — машина “скорой помощи”. Возле “пежо” несколько мужчин, среди них врач в белом халате. Своим телом он закрывает часть носилок.