«Паяцы» — это те, кто рассматривают революцию как карнавал. При случае они готовы даже процитировать знаменитые слова про «праздник угнетенных». Но поскольку революции происходят редко, а веселиться хочется всегда, они устраивают карнавал здесь и сейчас сами для себя, воображая, что раз есть карнавал — то есть и революция. Вся жизнь для них — тусовка, и они путают тусовки с революционной борьбой. Говоря иначе, это паразитирующая на революции богема. Принадлежность к богеме, как известно, не отменяет талантливости. Беда лишь в том, что богемное существование не развивает талант, а губит его. А поскольку богемная жизнь требует денег, но не приносит их, «паяцы» либо быстро сгорают, убив себя спиртным или наркотиками, либо раньше или позже оказываются на содержании у классового врага. Больше всего «паяцев» оказалось у нас среди анархистов, богемность которых освящена традицией. Так что не стоит удивляться, что «последний член Конфедерации анархо-синдикалистов» Влад Тупикин обнаружился недавно в контрреволюционной «сурковской» газете «Реакция» (официально, конечно, «Реакция», но кто видел газету, тот знает, что это двоеточие просто не заметно, а кто читал, тот поймет, что оно и не нужно).

Наконец, «болтуны». «Болтуны» — это те, кто просто-напросто не понимает, что революция — дело серьезное и опасное. «Болтуны», как правило, люди умственно ограниченные, хотя внешне они могут быть и ярки. Их мечта — прославиться, сделать карьеру. Пусть революционную, но карьеру. Перейти из положения «пикейных жилетов» в положение «парламентских говорунов». Некоторые со временем умудряются так развить свои способности к болтовне, что, начав как звено «сарафанного радио», заканчивают как Дизраэли. Вот только ума у них при этом не прибавляется. Оттого в случае резких перемен в «окружающей среде» «болтун» может, как ни странно, стать самым настоящим авантюристом. Судьба Хрусталева-Носаря тому пример. А в самом недавнем прошлом — судьба «пламенного трибуна» с говорящей фамилией Плево.