Премудрая многоученая дама… О многом пеклась, но любому труду Познания предпочитала страду, Писания знала и много читала.

Рыцарь обретает свою значимость через любовь, приносимую им Даме. Вот, например, обращение короля Утера Пендрагона к Мерлину: речь идет о напоминающей Изольду Ижернь, любви которой король желал добиться:

Внезапно к любви угодил я в полон, За что воевал — ныне тем побежден, Куда ни пойду и куда ни приду, Во сне ль, наяву ли и, равно, в бреду, На ложе в ночи иль средь белого дня, За трапезой или за чарой вина, Ижернь — лишь о ней непрестанная дума…

А вот обращение к королеве Алиеноре — ей Фома посвятил своего «Тристана»:

История весьма пространна, — Как про Изольду и Тристана.

Можно считать, что нам необычайно повезло с этой встречей, с совпадением во времени и пространстве историка и священника Васа и двора в Пуатье; сам он, кстати, в незабываемых словах выразил необходимость поэтически запечатлевать и передавать от человека к человеку и из поколения в поколение события и деяния прошлого:

Как от забвения нам уберечь Деянья предков, старинную речь, Притчу о низких проделках людских, Сказ о баронах и подвигах их? Книги потребны: стихи и сказанья, Нравоучения и назиданья. Коли событье не занесено В летопись иль на скрижали, оно Только бесплодно во времени канет, Но наставленьем потомству не станет,

писал он в «Романе о Ру», сочиненном после «Романа о Бруте». Многие подражали этому сочинению, как бы продолжая его, в том числе и Бенуа де Сен-Мор, который, так же как и Вас, посвятил свой «Роман о Трое» королеве Алиеноре: