В произведениях Венуса "годы идут, не путаясь, не сбиваясь", и вся эта книга читается как единое повествование об одной судьбе на самых крутых поворотах отечественной истории. И прапорщик Константинов из "Зябликов в латах", и Алексей Зуев из "Стального шлема" - это все, конечно, ипостаси авторского "я". Тем более - герой "Войны и людей", где повествование ведется от первого лица. Достаточно самых общих биографических сведений об авторе, чтобы понять: случившееся с рассказчиком произошло и в жизни писателя. Да ясно это и без всякой биографии: никакое воображение не угонится за тем, что пришлось увидеть и пережить поднявшимся друг на друга гражданам Российской империи.
Хронологическая последовательность событий, изображенных в предложенных романах, не совпадает с порядком их написания не случайно. Автора интересовали в первую очередь суть и смысл русской усобицы, а потом уже ее предыстория и ее последствия. Поэтому сначала он написал "Войну и людей" (гражданская война), а затем "Зябликов в латах" (первая мировая война) и "Стальной шлем" (эмиграция). И я не уверен, что читать их нужно в хронологической последовательности: "Зяблики в латах" - "Война и люди" - "Стальной шлем". Основной импульс, смысловой толчок для понимания остальных вещей дает все-таки роман "Война и люди".
В этом романе вопрос о том, чему служить русскому человеку, каким долгом ему руководствоваться, из традиционной области умозрений опрокидывается в кровавую явь исторического катаклизма. Вряд ли Россия получила достойную награду и весомую компенсацию за столь катастрофический урок.