- Когда вы были здесь в последний раз? - спросил инспектор Фрост.

- В марте. До их отъезда в Австралию.

- В Австралию?

- Они ездили туда по поводу австралийских вин. У Дональда возникла идея привозить в Англию в больших количествах тамошние вина. И путешествовали больше трех месяцев. Почему дом не ограбили тогда, когда хозяева были в безопасной дали?

Он почувствовал горечь в моем голосе.

- Жизнь полна отвратительной иронии. - Инспектор вытянул губы и осторожно подул на горячий кофе. - Что бы вы все делали сегодня? В обычных обстоятельствах?

Мне пришлось подумать, чтобы вспомнить, какой сегодня день недели. Суббота. Обычные обстоятельства казались совершенно нереальными.

- Поехали бы на скачки, - ответил я. - Мы всегда ездим на скачки, когда я гощу у них.

- Они любили скачки? - Прошедшее время резануло мне слух. Хотя и правда, так много сейчас осталось в прошлом. Но мне было гораздо труднее, чем ему, говорить о Реджине и Дональде в прошедшем времени.

- Да… Но думаю, они ездят… ездили на скачки в основном из-за меня.

Он попробовал кофе и ухитрился сделать маленький глоток.

- В каком смысле из-за вас?

- Я рисую главным образом лошадей.

Через черный ход в кухню вошел Дональд, вид измученный, глаза красные.

- Пресса проделала дыру в заборе, - угрюмо сообщил он.

Инспектор быстро встал, стиснув зубы, открыл дверь в холл и громко приказал:

- Констебль, выставьте репортеров, залезших в сад!

Издалека донесся голос констебля: «Да, сэр», и Фрост извинился перед Дональдом:

- Я не могу полностью избавить вас от них, понимаете, сэр? На них тоже давят редакторы. В таких случаях, как этот, они хуже докучливых мух.

Целый день вся улица перед домом Дональда была заставлена машинами, в которых приехали репортеры, фотографы, просто искатели сенсаций. Как только открывалась парадная дверь, они толпой кидались на выходившего. Подобно голодным волкам, они прятались в засаде и выжидали появления жертвы. По-моему, они охотились в основном за Дональдом. Его состояние и чувства никого не смущали.