Она вызывающе посмотрела на него.

– Да. Очень хорошо.

– Совсем хорошо?

– Почти... И надеюсь полностью узнать его завтра.

Ему захотелось влепить ей пощечину и напомнить, как в самом начале разговора она ему сказала, что флирт и работа плохо сочетаются, но он вовремя вспомнил, что все это произошло по его вине. Он спросил, взяв себя в руки:

– Он за вами ухаживает?

Карин еще не совсем пришла в себя и оскорбилась:

– А вас это удивляет?

Ему больше не хотелось шутить.

– Нет. Просто хочу знать. Если он предложит вам свидание для «окончательного» знакомства, найдите предлог не встречаться с ним в Стокгольме. Возможно, он вас куда-нибудь увезет из города...

Она поняла и расслабилась.

– Думаете, агентство «Ландснорр» не единственная их база в Швеции?

– Совершенно верно, – подтвердил он. – Этот тип меня очень интересует... Я бы хотел иметь возможность поговорить с ним в тихом месте. Думаю, вы сможете облегчить мою задачу.

Ее пальцы с накрашенными ногтями пригладили прядь на виске.

– Сделаю все, что в моих силах, – уверила Карин.

Она проводила его до входной двери и подождала, пока он наденет пальто и шляпу.

– Когда будете мне звонить, – сказала она, – продолжайте ссылаться на Пьера и Жаклин. Так будет проще. В любом случае я теперь узнаю ваш голос.

Он застегнул пальто, открыл дверь. Затем взял ее за плечи, привлек к себе и снова поцеловал. Она позволила ему это сделать, потом встревоженным голосом приказала:

– Уходите.

Юбер вышел, не упорствуя, спустился во двор, удостоверился, что на улице все спокойно и ушел быстрым шагом.

Он больше не думал об опасном задании, которым занимался. Он размышлял о том, что пластическая хирургия – чудесная наука, стоящая на службе шпионов всех стран и обоих полов. Ему потребовалось около получаса, чтобы узнать, и то лишь по глазам, единственную женщину на свете, которую он никогда не мог забыть: Мюриель Савори.