Это Швейцария! Но где же здесь приземляться? Федору казалось, что в Швейцарии приземлиться некуда: всюду торчали скалистые пики и в узких ущельях блестели серебряные нитки бурных горных потоков. Но скоро, к его удивлению, милый голос по радио сообщил, что они подлетают к Женеве. А там, разумеется, должен быть аэропорт. Федор спросил прижавшуюся к нему Ольгу: - Ты, наверное, хорошо знаешь Швейцарию, да? А я о ней совсем ничего не знаю, если не считать вот этих часов "Ролекс"... Ну, еще приходит в голову фирма "Нестле". - Скорее не в голову, а в желудок, - подтрунила Ольга. - Сладкоежка! Федор поцеловал любимую и почувствовал, что хочет побыстрее оказаться с ней в постели. Это желание передалось и Ольге. Дрожь побежала по ее телу, и она с трудом сдерживала себя, чтобы прямо тут не раздеться. В памяти замелькали кадры старого французского порнофильма "Эммануэль", который она смотрела вместе с мужем в крошечном кинотеатрике "Сплендид", приютившемся в узеньком переулке на задах гигантского универмага "Пляссет" в городе Женеве, куда ее опять нес воздушный лайнер. Героиня фильма, правда, не сбежала от мужа, а наоборот, летела к нему, умело занимаясь сексом с парой мужчин прямо в самолете. Но у той, в фильме, не было маленькой дочки на руках. Ольга нежно поцеловала дочь и погасила вспыхнувшее желание. Ей даже стало весело, когда она вспомнила плакатик, висящий над кассами кинотеатра "Сплендид": "Только для лиц старше восемнадцати лет по предъявлении документа о возрасте". Вот так-то! "Мне минуло шестнадцать лет!.." А может, и не минуло, ведь она все такая же: как в шестнадцать лет запрыгнула в постель к Федору, только о нем одном и думает. Хотя замуж выйти пришлось за другого. - Тебе рассказать о Швейцарии? - спросила Ольга, чтобы отвлечься от нахлынувших чувств. - Если можно! - попросил Федор. - Ладно, слушай, дорогой мой террорист-сластена! - Пусть будет - "мститель"! - поправил ее Федор. - Еще в пятом веке до новой эры, - тихо начала рассказывать Ольга, - эту местность заселили кельтские племена гельветов, и до девятнадцатого века нашего времени ее называли Гельвеция.