Ну, чего раскорячил ты руки, как чучело, Ты, покрывший собою весь мир,                                         словно мох? Это на тебя ведь вселенная навьючила Тюк своих вер, мой ленивенький Бог!

                                        Вадим Шершеневич

Разумеется, следует иметь в виду, что на этих строках лежит и печать того революционного богоборческого времени, и стремление поэтов непременно эпатировать читателя, да мало ли еще что!

В другом обращении Вадима Шершеневича звучит не только своеобразное, но и, прямо скажем, панибратское отношение к Творцу:

Ты, проживший без женской любви и                                         без страсти! Ты, не никший на бедрах женщин нагих! Ты бы отдал все неба, все чуда, все власти За объятья любой из любовниц моих! Но смирись, одинокий, в холодном                                         жилище, И не плачь по ночам, убеленный тоской, Не завидуй, Господь, мне,                                         грустящий и нищий, Но во царстве любовниц себя упокой!

У Александра Кусикова совсем другое богоощущение. Так, в своем, в сущности, программном стихотворении «Аль-Баррак» он пишет:

О, время, грива поределая, Я заплету тебя стихом, Подолгу ничего не делая, Я мчался на коне лихом. …………………………………….. Я этот мир в страну другую Несу в сознательном бреду. Я радуги дугу тугую Концами жилисто сведу! О, вдали белая дорога, О, сладостных томлений рок… Нет в небе Бога, кроме Бога, И Третий Я Его Пророк!