В своей предыдущей работе я уже писал о близости публицистики Переса-Реверте к романтической и костумбристской традиции. В его эссеистике ощущаются те же страсть, сарказм и горечь, что и в произведениях Ларры. Согласно утверждению Педро Гомеса Апарисио и Феликса Ребольо, эта традиция нашла продолжение в публицистике Поколения 98 года. Унамуно, Бароха, Асорин и Валье-Инклан запечатлели в эссе и газетных статьях социальный и культурный облик своей эпохи. Их публицистика стала важным вкладом в историю эпохи, в чем-то определила ее политическое развитие, эстетические предпочтения и моральный климат. Из нее родились книги, без которых было бы невозможно понять Испанию и ее культуру: «Испания и испанцы» и «О трагическом чувстве жизни» Унамуно, «Хуан де Майрена» Мачадо, «Признания маленького философа» Асорина. Даже знаменитый «Светоч богемы» Валье-Инклана впервые появился на страницах газеты как роман с продолжением. Перед гражданской войной для журналов «Эль Соль», «Эспанья» и «Ревиста де Оксиденте» писал Ортега-и-Гассет. В 1929 году на страницах «Эль Соль» появилась серия эссе, из которой чуть позже родилось «Восстание масс». Предвоенные годы были особенно плодотворными для испанской газетной публицистики. Популярные газеты и журналы стали тогда не только трибуной для политических выступлений, но и ареной острой полемики о судьбе страны и ее культуры. В определенной степени эта тенденция сохранилась и после войны, благодаря таким авторам, как Гонсалес Руано и Эухенио д'Орс. Второе рождение испанской публицистики пришлось на семидесятые годы, когда к этому жанру обратились очень многие, не похожие друг на друга писатели. Интерес к нему сохраняется до сих пор. В контексте такой богатой культурной традиции существуют эссе Переса-Реверте. Они стали документальными свидетельствами новой, достаточно сложной эпохи.