Адмирал принял меня и старшего помощника Петра Николаевича Василевского в своем штабе без переводчика и каких-либо других лиц. Это был высокий розовощекий и седовласый человек, типичный английский моряк. Возле его ног, как и следовало ожидать, лежал огромный дог. Вестовой принес нам по чашечке кофе, сахарницу и вазочку с печеньем. Адмирал прежде всего представил нам своего пса, затем вежливо справился о нашем здоровье и о том, как мы дошли до Адака. Он поблагодарил за превосходные доски, которые мы привезли, весьма пригодные для постройки аэродромов на каменистом острове. Затем спросил наше мнение: успешно ли наши союзники бомбардируют Германию и могут ли эти бомбардировки отчасти заменить второй фронт? Мы ответили, что бомбардировки и второй фронт - вещи разные и что сейчас нужен второй фронт. Адмирал с нами согласился и твердо сказал, что его личное мнение - совершенная необходимость второго фронта, и в самом скором времени.

- Двадцать второго декабря я имел честь принимать у себя славного русского моряка, капитана Шанцберга, - заговорил о другом адмирал. - У него переломился во время жестокого шторма пароход. Шанцберг вел себя отлично. Обе половины парохода нам удалось прибуксировать на Большой Ситхин. Весь экипаж остался жив. В Америке они получат новый пароход “Валерий Чкалов”.

Затем адмирал стал жаловаться на скверный климат Алеутских островов, затрудняющий постройку порта и прочих сооружений базы. Я сказал:

- Должен сделать заявление, адмирал, как союзник, желающий вам успеха.

- Я вас внимательно слушаю. - Командующий повернулся в мою сторону.

Я поведал обо всех наших злоключениях при подходе к острову и попытке вызова лоцмана,

- Не понимаю только одного: как мы не подорвались на ваших минах, - сказал я в конце, - пройдясь несколько раз взад и вперед по минным полям. Я огорчен как союзник, что ваши посты наблюдения и связи оказались не на должной высоте. Ведь вместо нашего судна мог находиться японский транспорт, он мог принести вам немало бед… Сколько самолетов пролетело над нашими головами!