Еще в 40-х годах нынешнего столетия началось движение в пользу изучения раскола. Движение это шло с гражданской стороны и имело целию внешние административные меры. С 1842 года, со времени министерства гр. Перовского, начинаются командировки чиновников министерства внутренних дел для расследования на месте числа раскольников, их сект, моленных, для разузнания учения и характера каждой секты. С этой же целию начинают разбираться более или менее замечательные архивы; словом, начинается историческое изучение раскола, являются поручения к составлению подробной его истории. Это движение не могло не сообщиться и миру духовному, тем более, что одним из видных административных духовных деятелей в конце 40-х и в начале 50-х годов стоял человек, который очень хорошо понимал, что без изучения раскола невозможна успешная миссионерская деятельность духовенства, который поэтому сам усидчиво занимался изучением раскола и обязывал к тому же подчиненных ему священников. В числе его резолюций нередко попадаются такие: «Видно, что увещатель незнаком с расколом: обязываю его изучить этот предмет». Мы говорим о преосвященном Григории, бывшем митрополите с. — петербургском. По его-то главным образом инициативе и состоялось в 1854 году постановление Святейшего Синода о введении в курс академической и семинарской программы учения о русском расколе, и, кроме того, в том же году к усилению духовно-нравственного действования на раскольников Святейший Синод признал «за полезное и нужное поручить Казанской духовной академии издавать духовный журнал с преимущественным направлением его против раскола в разных его видах».