* * *
Пароход «Эмиль» вез на берега Марокко и Мадейры много праздного люда, отправившегося на поиски развлечений. В Бискайском заливе к нему подошел английский крейсер и дал сигнал, требуя остановить машину. Капитан выполнил приказ.
…«Эмиль» вышел из Лондона в ту самую ночь, когда был ограблен дом господина Перелло. В последнюю минуту перед отплытием на пароход села мисс Авилен — прекрасная уроженка Гибралтара.
…На крейсере прибыла сотрудница Скотленд-Ярда, которая арестовала мисс Инес Авилен. Красавица отрицала свое участие в ограблении и бурно протестовала против ареста, а затем попыталась незаметно бросить за борт маленький пакетик. В нем оказалось семнадцать изумрудов.
* * *
В английских газетах появилась заметка, тщательно подготовленная и отредактированная Оратором:
«Расследование грабежа на Берфорд-сквер немного подвинулось вперед благодаря аресту женщины, называющей себя Инес Авилен. Оказывается, предводитель шайки, совершивший преступление, не только избрал для своей соучастницы такой путь бегства, на котором ее легко было выследить, но еще и оставил на месте преступления указания на маршрут. Вероятно, он хотел воспользоваться ею, как прикрытием, чтобы отвлечь от себя внимание и благополучно скрыться».
На следующий день после осуждения прекрасной англо-испанки в газетах появилось второе сообщение:
«Инес Авилен принесена в жертву человеком, совершившим ограбление на Берфорд-сквер. Она отправляется в тюрьму искупать его преступление».
* * *
— Лен у меня в руках.
Таков был краткий отчет Оратора на совещании в Скотленд-Ярде.
Однако общее мнение было таково: доказать участие Уитлона в этом преступлении невозможно, поскольку у него — безукоризненное алиби. Многочисленные свидетели подтверждали его присутствие во Франции в ту ночь, когда был ограблен маркиз Перелло.
— Все это — искусный обман, — сказал Оливер. — Я разоблачу Уитлона.