Когда Денис поднялся в свой номер, горничная уже перестелила постельное белье и теперь вовсю шуровала пылесосом.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался Денис, перекрикивая пылесос. Он пожалел, что не купил в баре бутылку воды. Пить снова хотелось с неимоверной силой.

— А, вы за вещами? — сообразила она. — Вон ваши сумки, возле кресла. Я уже сложила вашу одежду…

Денис еле сдержался, чтобы не треснуть Джен Эйр по лбу щеткой от пылесоса. Она даже и не подумала выключить его, чтобы не кричать на весь санаторий. И ей и в голову не пришло, что лазить по чужим сумкам — это не есть хорошо, а очень даже плохо и непорядочно. И если она видела, что он забыл взять сумки, почему же не крикнула, чтобы он вернулся? Может быть, она нечиста на руку, это исчадие ада, созданное Шарлоттой Бронте?

Стараясь держать себя в руках, Денис выключил пылесос, взял Джен Эйр за руку и выставил ее из номера вместе с пылесосом. Она так удивилась, что даже не сопротивлялась. Это было очень неплохо, потому что в противном случае истощенному алкоголем Денису пришлось бы худо. Он вряд ли смог бы сдвинуть с места этот бульдозер в чепце. В дверь раздались гулкие удары.

— Откройте, иначе я вызову охрану, — грубым, лающим голосом кричала горничная.

— Нет, не похожа она на тактичную и корректную гувернантку Джен Эйр, хоть и та была со странностями, — заключил Денис и увидел холодильник. .

В недрах агрегата таились целых две банки со спасительной жидкостью — кола и банка местного пива. Денис предпочел второе и с жадностью одним глотком опрокинул половину банки. За дверью стихло, а потом вновь раздались шаги и довольно деликатный стук.