Малриди, цветущий крепыш лет пятидесяти с небольшим, выкатил большой велосипед с огромной фарой и множеством проводов. Предложил мне сесть на седло, чтобы посмотреть, не надо ли подрегулировать высоту. Я осторожно выполнил его просьбу, задаваясь вопросом, укрощу ли я этого железного коня. Пришлось признаваться, что я давным-давно не ездил на велосипеде.

Его это удивило.

— Неужели в Америке нет велосипедов?

— Только детские.

Он покачал головой.

— Кто бы мог подумать? Богатейшая страна в мире, а на велосипеде могут ездить только дети. Просто не верится.

Я спросил, какой он берет залог. Он вроде бы не понял, и я уже решил, что в Ирландии залог называют иначе. Потом выяснилось, что значение слова он понял, но никак не мог взять в толк, почему он должен брать с меня залог? Разве я не друг Шона Флинна и не собираюсь вернуть велосипед после того, как он мне больше не понадобится?

Я справился о цене. Два шиллинга шесть пенсов в день, меньше, если я беру велосипед сразу на неделю. Я сказал, что хочу оставить велосипед на несколько дней и полез за деньгами. Он замахал руками: расплачиваться будем, когда я верну велосипед, неохота ему вести учет.

Рассказал он мне, как найти дорогу на Крум и не сбиться с нее.

— Поедете по дороге на Адар, Раткил и Килларни, но сначала вы приедете в Патриксуэлл. Сразу после Патриксуэлла поворачивайте на юг, то есть налево. Там будет указатель с надписью «Крум», вы его увидите. Дорога асфальтированная. До Крума десять, максимум, двенадцать миль.

Я выразил желание все записать. Он повторил сказанное ранее, настоял на том, чтобы нарисовать примитивную карту. Я вновь поблагодарил его, и он предложил проводить меня до окраины города, чтобы я не заблудился в узких улочках. Я заверил его, что сам выберусь на нужную дорогу. По выражению его лица чувствовалось, что он в этом сильно сомневается, но из вежливости не говорит об этом. Он спросил, как мне Ирландия. Я ответил, что страна мне нравится, а таких отзывчивых людей не найти во всем мире. На этом мы тепло пожали друг другу руки, я выкатил велосипед на улицу и взгромоздился на него, надеясь, что сразу не упаду, а если и упаду, так он этого не увидит.