От пристрастия к существительным и нелюбви к глаголам получаются самые разные корявости и нелепости.

Диктор читает по радио: "Наш союз положил конец тому положению, когда..." Получилось "масло масляное". Избежать этого было проще простого - обойтись без лишнего существительного: ...покончил с тем положением... Пишут: "Произведено (!) столько-то награждений", а можно: наградили столько-то человек.

Драматический рассказ. Беглец ищет временного прибежища, где он "сможет спокойно все обдумать, переждать, пока не прекратят его поиски".

Читатель все-таки догадывается, что его поиски - это значит: ищут самого героя, а не он чего-то ищет... Но не лучше ли сказать ясно: пока его не перестанут разыскивать?

Современный рассказ, перевод с фламандского: "Женщина была слишком непривлекательной и истощенной. Ни один мужчина не соблазнится такой неряхой, пропахшей нищетой..." Совпали падежи - и опять не сразу поймешь, что к чему относится.

* * *

Иные авторы глаголом буквально брезгуют: слишком-де прост, несолиден. Заменяют его не только длинными цепями существительных в косвенных падежах, но и гирляндами причастий и деепричастий - так выходит официальнее и потому внушительнее на взгляд литератора, который словечка в простоте не скажет.

В английской и французской речи причастия и деепричастия встречаются куда чаще и звучат куда разговорней, непринужденней, чем в речи русской. Еще в прошлом веке деепричастия хлынули к нам вместе с другими галлицизмами, не в диковинку было высмеянное Чеховым незабываемое: "Подъезжая к станции, у меня слетела шляпа".

Живой, тем более современной русской речи деепричастия не очень свойственны, и причастными оборотами люди тоже говорят редко, разве что в официальных и торжественных случаях, обычно - читая по бумажке. Деепричастие у нас признак либо речи книжной, либо - на другом полюсе - речи не вполне литературной, областной: я вставши, он не евши.