Каждого ученика, подмастерья, стоящего на пороге любой профессии, где работать надо со словом, хорошо бы встречать примерно так:

- Помни, слово требует обращения осторожного. Слово может стать живой водой, но может и обернуться сухим палым листом, пустой гремучей жестянкой, а то и ужалить гадюкой. И слово может стать чудом. А творить чудеса - счастье. Но ни впопыхах, ни холодными руками чуда не сотворишь и Синюю птицу не ухватишь. Желаем тебе счастья!

Скажут: для чудотворства ко всему нужен талант. Еще бы!

Чем больше талантов, тем лучше. Но надо ли доказывать, что и не обладая редкостным, выдающимся даром можно хорошо, добросовестно, с полной отдачей делать свое дело? А для этого нужно прежде всего, превыше всего - знать, любить, беречь и никому не давать в обиду родной наш язык, чудесное русское слово.

Это - забота каждого настоящего литератора и каждого истинного редактора.

* * *

Снова выходит книжка. И каждое издание приносит новые письма от читателей. О чем-то люди со мной спорят, что-то советуют. Но в главном согласны все. Люди самые разные - вчерашняя школьница и заслуженный профессор-медик, геолог, инженер-строитель, пенсионер и горняк - разделяют тревогу, которой продиктована эта книжка: что же творится с нашим родным языком? Как защитить и сохранить наше слово?

Почти в каждом письме - выписки и даже вырезки: новые образчики словесного варварства. Да и у автора за это время накопилось вдоволь новинок - печальное свидетельство того, что все до единой болезни языка, о которых говорилось в книжке, отнюдь не сходят на нет. Штампы забивают живое, хорошее слово (об этом - главки "Откуда что берется?", "Словесная алгебра"), а глагол вытесняют полчища отглагольных существительных ("Жечь или сушить?"). Пишущие без конца сталкивают друг с другом слова, не сочетаемые по смыслу, стилю, фонетике ("На ножах"), по национальной и социальной окраске ("Мистер с аршином"), по чувству и настроению ("Когда глохнет душа"), калечат исконно русские народные речения и обороты ("Свинки замяукали").