В Западный Проект органично входят протестантизм, а с 20-го века и европейский, подчёркиваю, только европейский католицизм. Несмотря на кажущуюся монолитность, латиноамериканский католицизм меньше затронут влияниями безудержной наживы. Православие, индуизм живут, как бы параллельно с капиталом, не вмешиваясь, но и не поддерживая мамону. Правда не предлагая ничего взамен. Буддизм и конфуцианство, не являясь религиями, в общепринятом смысле, а представляя собой скорее философские системы, также не конфликтуют с глобальными притязаниями мирового капитала. Некоторые варианты своего видения проблемы эти течения всё таки предлагают. Но только для своего внутреннего использования. Особняком стоит ислам. Полностью отрицая саму возможность ссудного процента, он представляет собой системную антитезу всей Западной модели. Однако, не найдя собственного способа научно-технического прогресса, остаётся пока неким маргинальным явлением. Однако пример Ирана показывает теоретическую возможность его развития.

Западный Проект, добившись реальной глобальности подошёл к своему завершению. Вернее подошёл к завершению явленный, публичный квазидемократический проект либерального рыночного развития. Эта модель была выбрана в результате противодействия антикапиталистической парадигме марксизма-ленинизма и, отчасти, фашизму. Не имеет значения, что и марксизм, и фашизм и нынешний фундаменталистский ислам были созданы и привиты на места именно Западом. Национализм и марксизм был оружием против территориальных империй, ислам использовался для ослабления уже национальных государств и вышедшей из под контроля коммунистической парадигмой.