— Мистер Джеруэлл, на следующий неделе мы получаем очень модные золотые заколки для галстука и запонки. Это просто чудо! Они заиграют на вашей рубашке. Куда вам послать подарок от нашей фирмы!

— О, не беспокойтесь, я лично зайду в понедельник. Монро взглянул на часы и протянул Виллонсу чек, который держал в руке.

— Прошу простить меня, — извинился посетитель, — но я не располагаю больше временем.

— Как, разве вы не возьмете ожерелье? — удивился ювелир.

— Мне оно будет мешать, — засмеялся Монро. — Нет, нет, предпочитаю, чтобы вы его передали с посыльным. К тому же у меня еще есть разные поручения от мистера Ридланда.

— В таком случае... — начал Виллонс нерешительно.

— Пусть его принесут в «Нельсон-Хотэл» мистеру Хусейну Камалю, секретарю Мантенисов, так просил мистер Ридланд.

Несколько секунд длилось напряженное молчание.

— Если хотите, я могу сопроводить вашего человека до отеля, хотя это внесет некоторый беспорядок в мои дела, — нарушил тишину Монро.

Ювелиры начали возражать: не стоит беспокоиться из-за такой мелочи. Они, конечно, отправят покупку в отель.

— Не будет ли у мистера Ридланда каких-нибудь пожеланий по поводу ожерелья? — осведомился Бартон.

— Никаких, мистер Бартон. Он полностью полагается на ваш выбор. Единственное, он хотел бы, чтобы оно подошло женщине лет сорока, белокожей, с темно-русыми волосами.

— Альфред, открой сейф, — попросил Бартон компаньона. — Покажем мистеру Джеруэллу ожерелья, уверен, что мистер Ридланд будет удовлетворен тем, что мы ему пришлем.

Через минуту Виллонс открыл длинный и широкий ящик. Мью Монро захотелось закрыть глаза от ослепительного блеска бриллиантов, рубинов и изумрудов, оправленных в золото и платину. В какое-то мгновение он готов был выхватить парабеллум и выпустить пули в ювелиров — баснословные сокровища так и просились в руки. Он глубоко вздохнул, превозмогая жуткое напряжение, выдавил любезную улыбку и указал на одно из ожерельев.