— Катюша, успокойся, водички попей, а потом расскажи все по порядку, не спеша и желательно в подробностях, — проговорила Юля, наливая минеральную воду в стакан. — А то бормочешь — люблю, убили, арестовали, не виноват. Я, если честно, ничего пока толком понять не могу. Нет, суть я, конечно, уловила, но хотелось бы узнать все детали.

— Конечно, обязательно расскажу, — кивнула Катя. — А где Чугункины? — спохватилась она. — Я ведь к ним потому и приехала, что мне больше некуда идти и не у кого просить помощи. Где они?

— Их пока нет.

— Юля, следователь сказал: если я приведу к нему настоящего убийцу, он отпустит Дмитрия.

— Иди ты! — удивилась Юля. — Прямо вот так и сказал? — усмехнулась она. — Я в нокауте. Катя, неужели ты приняла это всерьез? Он же наверняка просто пошутил.

— Я хочу, чтобы ребята нашли настоящего убийцу, ведь они профессиональные детективы, — проговорила Катя, не слушая, что ей говорит подруга, и продолжая всхлипывать. — Только они могут помочь, от милиции все равно никакого толку. У них, видишь ли, улики налицо, и этим все сказано. Да они даже и разбираться не стали, как положено! А где Чугункины? — растерянно спросила она, напрочь забыв, что только что уже задавала этот вопрос.

— Кирилла с Данилой пока нет, когда появятся, неизвестно, они уже третий день в засаде сидят, пасут кого-то, — терпеливо ответила Юля, понимая волнение девушки. — Но ты спокойно можешь мне все рассказать, я тебя внимательно выслушаю. Глядишь, что-нибудь и придумаем.

— Юля, представляешь, следователь сказал, что через три, максимум через четыре дня он передаст дело в суд, — возбужденно заговорила Катя, стуча зубами о край стакана. — Если за это время твои Чугункины не смогут Дмитрию помочь и найти настоящего убийцу, тогда — все! Его безвинно осудят лет на десять, не меньше. Я этого не переживу, просто не смогу пережить! — разрыдалась она.

Юля, посмотрев на Катю, решила, что не стоит мешать ей плакать, если начать ее утешать, будет только хуже.