— Вы сломаете мне руку! — завопил он.

— Тогда стой спокойно и рассказывай, кто мы такие.

Он успокоился и назвал наши настоящие имена. Раффлс потребовал, чтобы он сказал, откуда они ему стали известны, и улыбнулся так, как будто уже знал, что за этим последует. Я был ошарашен! Проклятый негодяй выследил нас в тот вечер, когда мы были в палатке капитана Беллингема, а повадки профессионального шпиона помогли ему довести дело до конца.

— А теперь вам лучше меня отпустить, — заявил хозяин положения, каковым я уже готов был его считать.

— Будь ты проклят! — Раффлс кипел от негодования.

— Ты сам будь проклят, тут тебе и конец, Раффлс мошенник! Раффлс вор-джентльмен! Все-таки не умер, жив и в армии! Отправить его домой и дать ему четырнадцать лет — посмотрим, как ему это понравится!

— Сначала я буду иметь удовольствие наблюдать, как тебя расстреляют, — сквозь зубы процедил Раффлс. — Давай, Кролик, отведем эту свинью под арест!

И мы повели; всю дорогу он то проклинал нас, то уговаривал, то вырывался, то злорадствовал, то рыдал. Раффлс не дрогнул ни разу, хотя лицо его было мрачным, оно до сих пор стоит у меня перед глазами. Я даже помню, как в какой-то момент, хотя я и не ослаблял хватки, я был готов внять мольбам нашего узника. Раффлс же как будто его не слышал.

— Это надо проверить, — сказал командир, когда мы доставили Коннала в караульную палатку. — А то, что он говорит, правда?

— Абсолютная правда, сэр.

— Значит, пресловутый Раффлс все эти годы был жив и вы действительно он?

— Да, сэр.

— А что вы делаете на фронте?

Я почему-то подумал, что Раффлс улыбнется, но его губы даже не дрогнули, на лице сохранился пепельный оттенок. Только глаза вспыхнули при последнем вопросе.

— Я воюю, сэр, — просто, как любой подчиненный в армии, сказал он.

Командир кивнул седой головой, и ничего больше. Он не кончал привилегированных школ, наш генерал, он прошел свой собственный путь, и мы просто любили его, я думаю, что и он любил грубоватых, но храбрых бойцов своего эскадрона. Он как-то сказал, что многое знает о каждом из нас; и наверное, слышал кое-что о подвигах Раффлса. Но на этот раз он только кивнул седой головой, и все.