Лирический герой сборника подобен разочаровавшемуся во всем Экклезиасту, пришедшему к выводу, что все на свете — суета сует. В книге собраны стихотворения разных лет. Потому нетрудно убедиться, что постепенно, от 1970-х до 1990-х, звучание мрачных нот усиливается. Скорее всего, причину этого следует искать во внешних факторах. Автор, историк по образованию, привыкший к анализу и синтезу давно минувших и текущих событий, не мог не замечать того, что творилось в стране с середины 1980-х годов. Что-то трагическое носилось в воздухе. Hе случайно на смену личным, камерным темам приходят глобально-социальные: Афганистан, эмиграция, Смутное время, пустые полки магазинов.

В 1990-е годы стихов в творчестве А. Валентинова становится заметно меньше. Приходит время «суровой прозы».

Говорить о генезисе валентиновской прозы довольно сложно. Его большие прозаические полотна появились внезапно, словно из ничего. Hа наш взгляд, было бы неправомерным искать корни романов Валентинова в повестях и рассказах из «супертриллера» «Покойник низкого качества» (1996). Hаписанные в 1970-1980-х годах и посвященные похождениям комиссара Фухе, они представляют собой не более чем шутку. Хотя некоторые мотивы и детали из этого сборника можно найти и в серьезных книгах писателя. Так, «любимое оружие» «беспощадного комиссара поголовной полиции» Фухе — это тяжелое пресс-папье. В одном из эпизодов романа «Дезертир» главного героя допрашивает полицейский комиссар Сименон, на столе которого «высилось громоздкое чугунное пресс-папье, способное напугать самого отъявленного злодея». И буквально через несколько страниц мы видим Сименона готовым пустить этот канцелярский аксессуар в действие: «Лицо комиссара побурело, а рука вцепилась в пресс-папье. Я невольно поежился: чугунное пресс-папье в этаких лапищах — смертоносное оружие.» Таким образом, перед нами типичный пример сквозного мотива, пронизывающего несколько произведений.