Русская литература и кино с поразительной точностью отобразили жизнь, пролетающую мимо вагонного окна. Крепкие, здоровые, мужеподобные женщины на головах красные косынки, высокие сапоги до колен — обрабатывали землю наравне с мужчинами. Они приветствовали проходящий поезд, размахивая орудиями труда и крича: «До свидания!». То же самое кричали дети с огромных возов с сеном, которые неспешно тащили могучие першероны с венками из цветов на головах.

На станциях разгуливали люди в ярких пижамах очень хорошего качества. Сначала я принял их за пассажиров нашего поезда, которые вышли размять ноги, но потом догадался, что это местные жители, пришедшие встречать поезд. Они ходили в пижамах по улицам в любое время дня с совершенной непринужденностью. Государственные служащие не в состоянии объяснить, почему пижамы выше качеством, чем обыкновенная верхняя одежда.

В вагоне-ресторане мы впервые позавтракали по-советски: завтрак был сдобрен разноцветными острыми соусами. Во время фестиваля (когда икра подавалась уже на завтрак) медицинские работники предупреждали делегатов из западных стран, чтобы они не увлекались приправами. К обеду — французов это приводило в ужас — подавали воду или молоко. Поскольку не было десерта так как все кондитерское искусство воплотилось в архитектуре, — создавалось впечатление, что обед никогда не кончается. Советские люди, к сожалению, не пьют кофе и завершают трапезу чашкой чая. Они пьют его в любое время дня. В лучших отелях Москвы подают китайский чай такого поэтического свойства и с таким тонким ароматом, что хочется вылить его себе на голову. Один служащий вагона-ресторана с помощью английского словаря сообщил нам, что чай в России вошел в традицию лишь 200 лет назад.

За соседним столиком говорили на хорошем испанском языке с кастильским акцентом.