Увы, время тогда было не для Стругацких. Читатель постарше, вероятно, еще не забыл о баталиях, гремевших в литературной фантастике конца семидесятых. И хотя имя Стругацких как лидеров отечественной НФ было бесспорно даже для начальства, представить себе, с какими трудностями - не техническими, а скажем так, "организационными" - столкнется безумец, решивший поставить фильм по произведениям братьев, было достаточно легко.

Тем неожиданнее оказались две первые ласточки - картины, снятые "по мотивам" их произведений. Как полагается, обе буквально пролезли на экран: первая, используя маневр "захода с фланга", вторая - нахальной и дерзкой "психической атаки".

Я имею в виду снятый режиссером Г.Кромановым на эстонской киностудии (на флангах оборона противника была слабее!) "Отель "У ПОГИБШЕГО АЛЬПИНИСТА" и многократно терзаемый, откладываемый, переснимаемый - но идущий напролом, неодолимый фильм Андрея Тарковского по "Пикнику на обочине". Во втором случае клин вышибался клином: проблема Тарковского в глазах начальства отодвигала на обочину проблему Стругацких.

"Отель "У ПОГИБШЕГО АЛЬПИНИСТА" восприняли спокойно, без восторгов, но и без ругани. Может быть, потому что сам литературный первоисточник оказался в творчестве братьев произведением эпизодическим, проходным. Убрать из книги тайну "чада" (интриговавшую нас едва ли не больше, чем происхождение загадочного господина Мозеса со товарищи) да умного сенбернара Леля, поднявшего ножку на красавца-викинга (ясное дело, "железяка инопланетная"!), и что останется?

Постановщики фильма решили не геройствовать и преисполненных достоинства фиг в кармане не держать, но и не халтурить. В результате получился образцовый детектив с фантастическим "бантиком", в меру красивый и в меру "экзотичный": в те времена для создания атмосферы "заграницы" достаточно было наприглашать прибалтийских актеров, раздобыть хотя бы один импортный автомобиль и расставить по столам без меры бутылки "Джонни Уокера"...