Никогда г. — жа Сара Бернар не бывала так трогательна, как в новой роли доньи Соль. Никогда еще не пользовалась она с таким изумительным искусством своим редким даром глубоко чувствовать и своеобразно выражать свои чувства. Всем хорошо известные стихи, которые зрительный зал шепчет еще до того, как она начала их произносить, приобретают вдруг благодаря ее музыкальной дикции неожиданную, за душу хватающую интонацию, например, знаменитый стих:
О, как прекрасен ты, лев благородный мой! который она бросает своему партнеру с каким-то необыкновенно юным, радостным, полным наивной, безудержной страсти порывом. А какое у нее умение слушать, заражаться драматическим действием! Но особенно полно развертываются все возможности ее дарования в последних сценах, на благоухающей террасе Арагонского замка, когда, прошептав супругу, который хочет ее увести: «Сейчас!» — она продолжает сидеть рядом с ним, упиваясь своим счастьем в таинственном безмолвии чудесной ночи.
Уж слишком тихо все, и слишком мрак глубок. Хотел бы ты звезды увидеть огонек? Иль голос услыхать, и нежащим и странный, Летящий издали? Эрнани О друг непостоянный! Ты только что бежать хотела от людей. Донья Соль От бала, да! Но там, где птицы средь полей. Где соловей в тени томится песней страстной Иль флейта вдалеке!.. О, с музыкой прекрасной Нисходит а душу мир, и, как небесный хор. Встают в ней голоса и рвутся на простор. Стихи замечательные. Но какое дополнительное очарование придает им артистка! Мы опасались, как бы этот нежный голос, этот чистый хрусталь, звонкий и хрупкий, не оказался недостаточно мощным для трагического финального взрыва.