Такой страсти — во всех смыслах — советская история больше не знала. Эстетическое освоение этого феномена по разным причинам откладывалось: сначала было нельзя, потом не хватало талантов, и лишь одно сочетание таланта с достаточной информированностью знала советская литература: Трифонов этой жизнью жил, был ею навеки ранен и смог ее описать. Не зря Александр Жолковский, ценитель пристальный и строгий, признался однажды, что высшим трифоновским свершением — а может, и лучшим советским рассказом, не считая нескольких шедевров Аксенова, — считает «Игры в сумерках». Кто не читал — прочтите.

Терехов, честь ему и хвала, сумел описать не только ту жизнь, которую знает по литературе, воспоминаниям, документам и собственным догадкам, но и нынешнюю, мало кем изображавшуюся с такой силой и полнотой. Ремейк русской империи катастрофически не удался — к этому выводу автор подводит осторожно, но однозначно; может быть, даже против собственной воли.

Сложная книга сложного и незаурядного человека. Есть что читать.

Пять книг о Сталине и сталинизме

Игорь Пыхалов «За что Сталин выселял народы? Сталинские депортации — преступный произвол или справедливое возмездие?»

Ну конечно, справедливое возмездие. Кто бы сомневался. За сотрудничество с оккупантами, за уклонение от всенародного строительства социализма, за саботаж коллективизации, за рецидивы национализма, левого и правого уклонизма, буржуазного шовинизма… какие там есть еще измы? Книга Пыхалова чрезвычайно полезна, поскольку наглядна и убедительна. Главное же — даже сегодня львиная доля читателя не усомнится в праве диктатора вымаривать целые народы за то, что они ему не нравятся: великие дела иначе не делаются. Мы по-прежнему все прощаем за размах.

Геннадий Костырченко «Сталин против „космополитов“. Сталин и еврейская интеллигенция в СССР»