Камышом укрывали. 4 А как начали старшой брат да середний к речке Самарке подбегать, Начала их темная ночка накрывать, Начал брат старшой середнему толковать: "Давай, брат, здесь коней распряжем И попасем. Тут курганы высокие, Трава хорошая И вода погожая. Станем здесь, подождем, А как рассветет, Может, к нам наш пеший-пехотинец подойдет. Сожаленье у меня к нему большое, Скину я все свое узорочье дорогое, Подберу его, пешего, повезу с собой". "Было бы тебе, брат, его прежде подбирать! Вот уже девятый день наступил С той поры, как он хлеб-соль ел, Воду пил, — Теперь его уж и на свете нет… " Тут они коней расседлали, пастись пустили, Седла под головы подложили, Ружья в камышах укрыли, Беспечно спать улеглися, Утренней зорьки дождалися. Стала утренняя зорька светиться, Стали они на коней садиться, Через речку Самарку в христианские земли уходить, — Начал старший брат середнему говорить: "Когда мы, брат, к отцу-матери прибудем, Что им говорить будем? Коли станем по правде отвечать — Проклянут нас тогда и отец и мать: А коли вздумаем, брат, отцу-матери солгать — Станет нас господь милосердный и видимо и невидимо карать, Пожалуй, братец, такое скажем: Не в одном доме жили, Не у одного пана в неволе были, И когда ночной порой из тяжкой неволи побежали, Мы и его с собой звали: "Беги, братец, с нами, казаками, из тяжкой неволи!" А он в ответ такое сказал: