Калон был озадачен. Он не понимал, что означал этот полицейский десант. Если они решили арестовать Эрбаха, то почему здесь не было обычных специалистов? Почему в доме оставался только один человек?

Все говорило о секретной операции. Уже накануне Калону показалось странным, что за Эрбахом следили на улице. Полиция наверняка прослушивала его телефонные разговоры, и о месте условленной встречи ей было известно. Одно из двух: либо ему чего-то не хватало для объяснения, либо ошибочной была интерпретация событий.

Он вернулся в мастерскую и прошел в закуток, где, прислонившись к стене, на матрасе сидела Эльза.

— Я думала, вы уже не вернетесь, — прошептала она.

— Нужно быстро уходить. Это невероятно, но у нас есть шанс.

— Но я не могу идти в халате!

— Я принесу вам одежду.

Он открыл дверь, когда она спросила:

— А что с отцом?

— Забудьте его, — резко сказал Калон, выходя.

Он пересек мастерские и вошел в магазин, когда раздался телефонный звонок. Калон секунду колебался, затем снял трубку.

— Карл? — услышал он.

— Да, — ответил Калон.

Он слышал в трубке только дыхание.

— Алло! — крикнул Калон.

Последовал щелчок и гудок.

Калон быстро поднялся в комнату Эльзы, схватил какую-то одежду и стремительно спустился.

— Быстро! — крикнул он. Одевайтесь и выходите через двери во двор.

Калон вернулся в мастерскую, подошел к окну и выглянул на улицу. Не заметив ничего подозрительного, он вышел на улицу, не спеша подошел к своей машине, сел в нее и включил мотор, чтобы прогреть его. Чемодан оставался в отеле — тем хуже. У него не было времени. Калон доехал до угла, повернул направо и свернул в переулок. Резко затормозив перед входом во двор, он открыл дверцу машины и позвал:

— Эльза!

Девушка села рядом с ним, держа под мышкой сверток с одеждой.