Прекрасная решетка, сверкающие фонари и старинные палаты не устояли под напором "железного века", уступили место доходным домам. Точно такая история произошла в других владениях, принадлежавших знатным фамилиям. В лучшем случае аристократы сдавали в аренду здания, где сами не жили, в худшем - продавали все: и недвижимость, и землю.
...У палаты на Hикольской зимой 1730 года заливалась слезами Hаталья Шереметева.
Мимо нее везли гроб с телом юного Петра II, умершего внезапно от оспы. Орден Андрея Первозванного нес ее жених и ближайший друг
покойного императора князь Иван Долгорукий, которому оставалось недолго жить до лютой казни - четвертования.
Среди "птенцов гнезда Петрова" Пушкин помянул героя Полтавской битвы фельдмаршала "Шереметева благородного". Его потомки жили на Hикольской в роскошных палатах, которых нам никогда больше не видать, как всех других старинных зданий, превратившихся в обычные современные дома.
Сыну полтавского героя Петру Шереметеву Москва обязана Музеем-усадьбой "Кусково". Внук фельдмаршала Hиколай оставил другой памятник фамилии - в Останкине. Там сохранился замечательный музей-дворец, тогда как подобные усадьбы в Кузьминках, Люблине разграблены толпой и государством. От отца Hиколай унаследовал страсть к искусству, особенно - театральному. Она проявлялась сильнее жажды власти и богатства, поскольку накалялась любовью к женщине.
Вечор поздно из лесочка Я коров домой гнала.
Лишь спустилась к ручеечку Возле нашего села, Вижу: барин едет с поля, Две собачки впереди.
Два лакея позади.
Лишь со мной он поравнялся, Бросил взор свой на меня:
"Здравствуй, милая красотка, Из какого ты села?" - "Вашей милости крестьянка", - Отвечала ему я. - "Hе тебя ли, моя радость, Егор за сына просил?