– Не беспокоюсь? Ну, что вы, конечно, беспокоюсь, но это не то беспокойство, которым я хотела бы поделиться с Управлением полиции.

– Я изумлен вашим отношением к этому делу, Эстер, искренне изумлен.

– Ну продолжайте изумляться. Помешать вам в этом я не могу.

– Но что же все-таки с Роном?

– Рон, – сухо сказала Эстер, – вернется домой как ни в чем не бывало и расскажет какую-нибудь правдоподобную историю, в которую я на какое-то время смогу поверить. И вам незачем беспокоиться о Роне. Где бы он ни был и чем бы не занимался, уверяю вас, ему и в голову не придет побеспокоиться о вас, обо мне, о Гарри и вообще о ком бы то ни было.

– Но может оказаться так, что он мертв.

– Ваша беда и беда ваших приятелей в том, что, когда вы выпьете, вы начинаете хныкать.

В этом суждении содержалась такая доля правды, что Тьюри и не попытался возражать, а лишь сказал:

– Не очень-то вы любезны.

– В данный момент мне не до любезностей. Послушайте. Вы все там собрались в охотничьем домике, чтобы провести уик-энд за ловлей рыбы. Или еще для чего-нибудь. Если Рон объявится здесь, я скажу ему, что вы беспокоитесь, и он пошлет вам телеграмму. Если же он присоединится к вам, вы окажете мне такую же услугу. Хорошо?

– Хорошо, – согласился Тьюри, хотя ничего хорошего в сложившейся обстановке он не видел. Все складывалось не так, как надо: Гэлловей куда-то подевался, жена его отнеслась к этому очень странно, Уинслоу, упившись, ударился в слезы. "Ничего себе уик-энд у нас получается, – подумал ой. – Не лучше ли мне развернуть машину и катить домой?"

Гэлловей неизвестно где, Эстер высказывает какие-то нелепые предположения да еще этот Уинслоу – с чего это он захлебывается пьяными слезами?

В телефонной будке стало душно, и когда Тьюри открыл дверцу и вышел в вестибюль, с его лба катился пот, глаза покраснели, и настроение в конец испортилось.

Гарри стоял у окна и пристально смотрел на залив, будто видел там что-то очень интересное. Но в темном заливе вообще ничего нельзя было разглядеть, и Тьюри понял что, Гарри прислушивался к его разговору с Эстер и, вероятно, слышал все, что он говорил.