Великий реформатор русского театра неоднократно обращался к драматургии Шекспира. Однако история взаимоотношений К. С. Станиславского с Шекспиром чрезвычайно сложна. Это обусловлено тем, что театральная система Станиславского сформировалась в неразрывной органической связи с реалистической драматургией новейшего времени. Перекинуть мост от нее к Шекспиру оказалось для Художественного театра делом непростым. Легче всего это было осуществить в отношении пьесы, которая самым своим художественным строем соответствовала реалистическим устремлениям театра. Так родилась постановка "Юлия Цезаря" (1903), осуществленная Вл.И.Немировичем-Данченко при участии К. С. Станиславского. Сам Немирович-Данченко признавал, что "всю постановку мы трактовали, как если бы трагедия называлась "Рим в эпоху Юлия Цезаря" .

То же самое отмечал и К.Станиславский, который писал, что "постановка делалась не столько в плане трагедии Шекспира, сколько в историко-бытовом плане" .

При всей самокритичности руководителей театра (К.Станиславский писал: "Наша актерская внутренняя работа оказалась слабее внешней постановки..." ) необходимо признать, что спектакль имел важнейшее общественное и художественное значение. На его долю выпал огромный успех, который был обусловлен актуальностью темы трагедии в обстановке подъема революционных настроений накануне 1905 года . Успеху спектакля в особенности содействовало исполнение роли Юлия Цезаря В. Качаловым. "В Юлии Цезаре Качалов раскрывает проблему власти, лишенной народной поддержки... Качалов играл диктатора, оторванного от народа, скрывающего от всех свои тревоги и подозрения, диктатора, делающего из себя "полубога", замкнувшегося в своем одиночестве и потому обреченного на гибель" .