Не следует думать, что вода по каналам распространяется естественным путем. Нет никаких естественных сил, которые могли бы заставить талые полярные воды течь к экватору Марса. Значит, в системе каналов имеются водонапорные станции, которые и гонят воду в нужном направлении. Жизнь на Марсе ныне сосредоточена вдоль этих водных артерий. Круглая форма «оазисов», строгий порядок вхождения в них каналов заставляют признать эти образования городами. Собственно городом, вероятно, является то ядрышко, которое остается зимой от «оазиса», а окружающая его зеленоватая мякоть — это пригород, причем некоторые из пригородов достигают в поперечнике около 120 километров.
«Для всех, обладающих космически широким кругозором, — завершает свои рассуждения Лоуэлл, — не может не быть глубоко поучительным созерцание жизни вне нашего мира и сознание, что обитаемость Марса можно считать доказанной».
Противники «каналов»
Впрочем, далеко не все были готовы признать широко разрекламированные выводы Лоуэлла.
Собственно критика идеи каналов началась еще во времена открытий Скиапарелли. Так, создатель одной из первых карт Марса Ричард Проктор был прям и груб: «Никто, кто когда-либо видел Марс через хороший телескоп, не примет прямые и неестественные конфигурации, изображенные Скиапарелли».
Уильям Ф. Деннинг, наблюдавший Марс в 1886 году, тоже отрицал существование каналов, утверждая, что на самом деле они представляют собой не линии, а группы пятен, которые выглядят как штрихпунктирные линии.
Отрицался и феномен раздвоения каналов. Уильям Пикеринг, соратник Лоуэлла, считал, что никакого феномена нет, а есть обычная оптическая иллюзия, вызванная колебаниями земной и марсианской атмосфер. «Вообще, — писал он, — тот, кто привык считать каналы Марса тонкими прямыми линиями, будет удивлен, когда узнает, что большинство каналов представляет собой широкие, туманные и искривленные полоски».