Закурив, я почувствовала, что тяжесть постепенно уходила. В аккуратном, ухоженном сквере было уютно и красиво. Жёлтый клён ронял листья. Где-то за моей спиной шуршали шинами об асфальт машины. Провожая взглядом спешащих по своим делам прохожих, я с лёгкой грустью и еле ощутимой досадой думала о том, что мне спешить некуда, и мне стало даже немного стыдно. Впрочем, кому какое дело? Сижу, курю.

Выкурив две сигареты, я встала и с сожалением покинула уютный сквер. Мой путь к поиску новой работы продолжился было, но внезапно возникло новое препятствие в виде настойчивого чувства голода. Я зашла в кафе. Пять блинчиков с клубничным джемом, пирожное и чашка кофе избавили меня от голода и от одной из трёх сотен, покоившихся в кошельке на дне моей сумочки.

Когда я голодна, мне плохо. Я нервничаю. В голову лезут дурацкие мысли вроде "а не сигануть ли мне с моста вниз головой?" Избавившись на время от чувства голода, я успокоила не только желудок, но и восстановила равновесие духа, и мне стало лучше. Мир вокруг меня показался не таким уж плохим, и я продолжила свой путь уже более бодрым и весёлым шагом.

Протиснувшись сквозь толпу, я извлекла из своей тощей сумочки блокнот и ручку. Всё это уже было восемь раз, и вот — опять. Я выписала четыре вакансии и поскорее покинула толпу ищущих. В тот же день я побывала на четырёх собеседованиях, и везде мне сказали, что позвонят мне позже. Могла ли я ждать? Может быть, и могла, но только очень недолго, потому что в кошельке осталось сто рублей: я купила сигареты, пачку макарон, пакет молока, булку хлеба и бутылку кетчупа. Поужинав макаронами с кетчупом, я легла спать.