Несовершенное владение информационными технологиями приводило к парадоксальным результатам. Техническая невозможность просчитать последствия вызывала различные социальные феномены. Это коммунистические, фашистские режимы, религиозно – психологические всплески, потребительский зуд 20-го века, и многое другое. Развитие новых информационных технологий в США из вещной сферы производства и потребления начало смещаться информационно-финансовую. Особенно это стало заметно с уходом СССР с мировой арены. Принципиально не имея возможности даже постановки вопроса широкомасштабного внедрения удешевляющих (замещающих) технологий, США перешли к резкому усложнению системы кредитно – денежных отношений по всему миру. Вместе с этим усложнялись и технологические производственные цепочки по всему миру. Особенно это заметно на примере Японии, Юго-Восточной Азии, Европы. Попытки усложнения Китая в начале 21-го века провалились. В постсоветском пространстве эти попытки привели к парадоксальным результатам, противоположным задуманным заокеанскими учителями. В Исламском мире усложнения также не произошло, в связи с религиозно–нравственными запретами и догмами. Однако, беря во внимание исключительно финансовую составляющую, руководство Запада, через финансово–информационные технологии, осуществили монополизацию глобального финансового рынка. В общем и целом, это им удалось. Через контроль над мировым рынком они собирались обрести контроль, а может бить и полную власть над экономикой, промышленностью всего мира, а следовательно, как они думали, и над миром в целом.

Однако сказалась общая нестабильность Западного проекта. Кроме этого, на Западе практически не получила развития социальная психология и позитивная мотивация. Все социальные технологии Запада работали на разрушение, расшатывание психики и сознания, что неизбежно ведёт к дополнительной нестабильности социума.