В то время я бывал в Москве очень редко, но после выхода книги в свет меня разыскало во время одной из командировок в Москву польское посольство и попросило о встрече по поводу «Катынского детектива». Польша еще не была в НАТО, теоретически среди поляков могли быть порядочные и здравомыслящие люди, поэтому я охотно приехал на встречу. Принимал меня консул Польши в России и одновременно первый секретарь посольства Ежи Ольшевский (lerzy Olszewski), видный специалист в этом вопросе М. Журавский и, как говорится, другие официальные лица. Интересовало их несколько вопросов, возможно, главный — кто за мной стоит? Однако от них же я и узнал, что «Катынский детектив» уже обсуждался в Польском сейме (высшем законодательном органе) и что в Польше 800 тыс. «близких родственников» расстрелянных польских офицеров уже держат карманы шире в ожидании, когда же Россия начнет набивать эти карманы долларами. Более того, мне дали понять, что моя книга остановила процесс признания Государственной думой России вины СССР в расстреле поляков, соответственно остановила выплату мошеннической дани Польше.

Потянулись долгие годы вакханалии клеветы на нашу Родину всех средств массовой информации России, и мне с небольшим числом единомышленников приходилось отстаивать невиновность СССР.

Прошло 15 лет, пока наконец в Катынском деле не засомневался и не выступил с сомнениями в нем более или менее известный политик — депутат В. И. Илюхин. Он все же какая-никакая власть, то есть тот, кто может обеспечить хоть какую-то защиту.

В результате во второй половине мая 2010 г. к Виктору Илюхину с конфиденциальным устным заявлением о своем личном участии в фабрикации подложных документов по Катынскому делу обратился один из главных изготовителей этих фальшивок. Он признался в том, что это он их изготовил, и предъявил вещественные доказательства своих слов — штампы, печати, причем и немецкие, бланки документов 40-х гг. Теперь все стало ясно.