Летописцы, наряду со шведами, к варягам относят и оурман (мурман). Слово мурмане встречается в летописях с 1240 года: "Лето 6748 (1240 г.) придоша Свей в силе велице, и Мурмане, и Сумь, и Емь в кораблих множество много зело".

Нападение мурман в содружестве со шведами, сумью и емью с моря на Новгородскую землю говорит о том, что мурмане жили где-то поблизости с этими народами и были связаны с ними морем.

Не очень щедро повествовали летописцы о Севере, однако можно уловить, что существовали не только мурмане, но была и Мурманская земля, куда в 1339 году "...послаша новгородци Кузьму Твердиславля и Олександра Борисовича с други, а от владыки сестричи его Матфея за Море к Свинскому князю посольством; и поехаша его в Мурманской земле, в городу Людовли (современный Або) и доконцаша мир по старым грамотам". Здесь летописец дает координаты Мурманской земли, по которым можно точно установить, что мурмане на Кольском полуострове не жили.

А факт новгородского посольства к мурманам для заключения с ними мира говорит о том, что мурмане были сильным и достаточно влиятельным народом.

Однако мурмане нападали на новгородские земли со стороны Балтийского моря не только в компании с другими народами. Они разбойничали и самостоятельно, что засвидетельствовано летописцами неоднократно. Вот один из примеров: "Того лета (1419 года), пришед Мурмане войною, в 500 человек, в бусах и шнеках и повоеваша в Варзуги погост Корельский и в земле Заволочской погосты: в Неноксе, в Корельском монастыре святого Николы... Заволочане две шнеки Мурман изшиба, а инии избегаша на море". Такой набег мурман представлял собой большую разбойничью операцию на значительной части побережья Белого моря (Варзуга находится на Кольском полуострове, волость Ненокса в Обонежской пятине, в районе Онежской губы, а Корельский монастырь святого Николы в устье Северной Двины). И народ этот, вероятно, должен был обладать немалой морской культурой, чтобы совершать по морю такие значительные переходы.