Теперь была разгадана тайна «пироскафов» – первых паровых судов, которые Жюль изредка наблюдал с балкона старого дома в Шантеней. Как Они могли мчаться против течения и ветра без парусов и весел? Они как будто катились на огромных колесах по волнам Луары, неуклюжие по сравнению с легкими парусниками, но величественные. Жюль теперь мог как знаток рассказывать своим юным друзьям – в школе, на острове Фейдо и в Шантеней – о чудесах того мира будущего, завеса над которым приподнялась ему в Эндре.

Если справедливо утверждение, что биография человека определяется его поступками, выходящими за рамки обыденности, то биография Жюля Верна начинается с его первого путешествия, предпринятого им в одиннадцатилетнем возрасте.

…Ранним летним утром 1839 года, сложив в маленький парусиновый мешок немного одежды, несколько книг и две пригоршни сухарей – «настоящих морских галет», – одиннадцатилетний Жюль прокрался через спящий дом и кружным путем выбрался на большую дорогу, у харчевни дядюшки Кабидулена уже толпились бородатые рыбаки, матросы в полосатых фуфайках, морские офицеры с золотым шитьем. Несколько часов подряд юный мечтатель, теребя свою фуражку, предлагал свои услуги боцманам и офицерам, шкиперам и командирам. Мальчик был небольшого роста, но коренаст и хорошо знал морской жаргон. Поэтому капитан Кур-Грандмезон, шкипер трехмачтовой шхуны «Корали», нуждавшийся в мальчике для посылок, молча указал трубкой на свой корабль, стоявший невдалеке от берега.

Шхуна снялась с якоря в полдень. К вечеру она должна была быть в Пэмбефе, в устье Луары, чтобы с утренним отливом выйти в открытое море. Она отплывала в Индию…

Исчезновение мальчика было не сразу замечено в большом доме в Шантеней: его привычка проводить летние дни в бесконечных исследованиях окрестностей была хорошо известна, и только тогда, когда он не явился к двенадцатичасовому завтраку, мать стала беспокоиться.