- У меня нет ни того, ни другого, - уже совсем растерянно сказал Клетц. - Вы ведь знаете: это человек Гелена. Пришлось привлечь некоторых новых людей. Он находился в ведении фронтовых разведывательных групп. Здесь его никто не знает. Я немедленно запрошу его личное дело, а пока пусть Либель действует. Пусть учтет: если он не найдет Шварцбрука, фронта ему не миновать!
Мельтцер, собиравшийся уходить, остановился: теперь он чувствовал себя гораздо увереннее.
- Я не хотел бы, господин оберштурмбаннфюрер, нервировать сейчас нашего офицера. Он сам достаточно взволнован. Я слышу это по его голосу. Либель чрезвычайно исполнительный человек.
- Где он сейчас, этот Либель?
- На станции Зоссен.
- Но ведь теперь уже половина третьего! Хорошо, я сам позвоню туда.
Военный комендант станции Зоссен, услышав, что с ним говорит оберштурмбаннфюрер службы СД, переложил трубку из руки в руку.
- Этого мне еще только не хватало, - сказал он в сторону. - Да, господин оберштурмбаннфюрер, этот офицер обращался ко мне за списком убитых, совершенно верно, кажется, Либель. Слушаюсь, окажем ему полное содействие, слушаюсь.
Комендант повесил трубку и выглянул в окно. Да вот он, этот обер-лейтенант, бродит по перрону среди пассажиров разбитого экспресса.
Комендант надел фуражку и вышел на перрон. Наклонившись к самому уху Либеля, он сказал:
- Чем я мог бы помочь вам, господин обер-лейтенант? Мне только что звонили из СД.
Либель быстро обернулся.
- Помочь? Пожалуйста, у меня еще нет полного списка раненых.
- У меня его тоже нет, господин обер-лейтенант.
- Но, полагаю, вы хотя бы знаете, в какие госпитали они направлены?
- Разумеется.
- Затем мне нужен кондуктор четвертого вагона.
- Все кондукторы здесь, у начальника станции.