В ближнем резерве за ними, за выдавшейся вперед опушкой леса, находилась землянка командира 2-го баталиона Полковника Ядыгина (в глаза и по службе — «Господин Полковник» или «Ваше Высокоблогородие», а между собой и за глазами, и офицеры и солдаты не называли иначе как «наш отец»); там же были окопы и укрытия 5-й роты Подпоручика Шелина с Прапорщиком Кронидом Андржеевским и 7-й роты Подпоручика Збиковского с Прапорщиком Меньшовым, который и останется через три дня единственным офицером 2-го баталиона.

4-й баталион в резерве за 1-м, и 3-й, — за 2-м, расположились позади, за опушкой леса. 3-м командовал Подпоручик Матчин, у него были Подпоручики Дмитрий Унковский, Вилькен, Богданов, Терлецкий, Крыжицкий и Милавин и Прапорщики Реут и Каменский. 4-м командовал Шт. — Капитан Н. Н. Евтушевский, офицерами были Подпоручики Волощенко, Андрей Давыдов, Вирановский, Михаил Давыдов, фон-Ренненкампф и Марковский и Прапорщики Архангельский и Николай Андржеевский. Из состава 3 и 4 б-в после боя останутся невредимы: в 3-м Прапорщик Каменский и в 4-м Шт. — Капитан Евтушевский, Подпоручик Андрей Давыдов и Прапорщик Архангельский.

У резерва же была расположена землянка Командующего полком, со штабом (адъютант Подпоручик ф. Эссен и нач. сл. связи Подпоручик Свистовский) и со Знаменным взводом. Здесь же, неподалеку, была пулеметная команда (Подпоручик Плотников и Прапорщик Ванлярский), команды разведчиков — конная (Подпоручик Адамович) и пешая (Подпоручик Назарьевский) и команда сапер (Подпоручик Заремба).

При штабе же состоял больной Полковник Н. А. Курлов, получивший характерное для определения общего настроения, самонадеянное, но оправданное, назначение — «заведывать будущими трофеями».

На опушке леса, недалеко от левого фланга 2-го б-на был наблюдательный пункт Начальника Штаба Дивизии, откуда ходы сообщения вели в лес, в мощно перекрытое «убежище — щель» Начальника Дивизии.