наступившее число, и лениво рванул к себе десяток

листков.

Ш е б а л и н (он не в духе и говорит медленно, как бы сам с собой). С тех пор как существует российская регулярная армия, господа писатели рассказывают о пехотном офицере пошлости. Пехотный офицер пьет плохой коньяк, играет в карты на провиантские деньги, ничего не читает, кроме сальностей, и пристает к юбкам на каждом постоялом дворе. Он мечтает о чистой и человеческой жизни, сидя в кабаке, и превращает в кабак все, что встречает в жизни чистого и человеческого. Одни залечивают гонорею и женятся на пожилых бабах. Другие - стреляются. Сюжет, ставший литературной традицией. (Пауза.) Вся гнусность заключается в том, что это, вероятно... правда.

Р ы д у н (ворчит). Интеллигентские рассуждения! Стыдитесь. Вы офицер! Я не узнаю армии!..

Ш е б а л и н. В армии я узнаю свою страну. Империя нищих, попирающая ногами неисчислимые богатства, похороненные в ее земле. Страна голодных рабов и азиатских царьков, надевших штаны с лампасами, но не научившихся мыться...

Р ы д у н (непроизвольно запахивает на груди рубашку). Поручик!

Ш е б а л и н. Я вас лично очень уважаю, Евграф Антонович. (Пауза.) То, что сейчас происходит, возможно только у нас... Страна, где все талантливые люди пьют горькую, а бездарность возведена в официальную добродетель! Великая держава, не понявшая в Европе ничего: ни парламентаризма, ни промышленности, усвоившая телеграф лишь для того, чтобы передавать по нему идиотские циркуляры, написанные языком допетровских канцелярий.

Р ы д у н. Вы с ума сошли! Я требую, чтоб вы замолчали. Если однажды все пойдет к черту, то виноваты будут в первую голову такие молодчики, как вы. Человек, который смеет так говорить о своем отечестве, опаснее бунтовщика. Есть понятия священные, поручик.

Ш е б а л и н (спокойнее). Прошу прощения. Готов признать, что я погорячился. Но я прошу вас, Евграф Антонович, как командира части, как старшего по чину, разъяснить мне мои задачи. Из каких стратегических соображений мы позволяем плевать себе в рожу на Востоке? Какие тактические задачи командованию угодно поставить перед поручиком Шебалиным, который перед лицом грозных событий пятую неделю живет мирной жизнью станционного жандарма? Наконец...