Если верно предание, что предок Тухачевских прибыл из Чернигова в Москву в XV веке, в княжение Василия Темного, то можно предположить, что он был братом того, кого великий князь наградил прозвищем Толстой (видно, по причине тучности и чревоугодия). В ту пору Черниговская земля входила в состав Великого княжества Литовского, где православные были ущемлены в правах по сравнению с католиками. Поэтому многие православные шляхтичи предпочитали отъезжать к московским великим князьям, рассчитывая, что служить у единоверцев будет легче.

Впрочем, не исключено, что Тухачевские просто приписали себе иноземное происхождение, в чем были отнюдь не оригинальны. Когда в 1686 году вместе с Толстыми и Тухачевскими родословные росписи подали еще 540 служилых (некняжеских) родов, только 35 из них признали себя исконно русскими. Остальные же в качестве родоначальников указали именитых иноземцев из Пруссии и Польши, Литвы и Венгрии, Англии и Швеции, Франции и Сербии, Золотой Орды и «Туреции», «из гор черкасских» и Персидского царства. Справедливости ради надо заметить, что значительная часть российских дворянских родов, включая, наверное, и все 35 «исконных», действительно происходили от пришельцев — варягов-руси, то есть Рюрика с его дружиной. Однако в конце XVII века норманнской теории происхождения русских князей еще не существовало. «Бархатная книга» русского дворянства, для которой и собирал родословные росписи Разрядный приказ, считала Рюрика потомком в 14-м колене брата римского императора Августа, легендарного основателя Прусской земли Пруса.

Следующая за Рюриковичами династия Романовых тоже нашла среди своих предков знатного иноземца — а именно некоего Гланду Камбилу, выехавшего из Прусской земли. Вслед за царями боярские и дворянские роды принялись спешно подбирать себе в основоположники мифических иностранцев.