Зайцев внимательно рассматривал фотографию человека, которого мы искали столько времени. - А так вроде и не похож на убийцу, - сказал я. - А ты уверен, что он и есть убийца? - Сейчас следователь был настроен скорее скептически, чем оптимистично. - Ясное дело, он. Кто же еще? Знаком с Бакыровым - раз, был неподалеку от места убийства и в то же время - два, нож его - три, а убит Бакыров этим самым ножом - четыре! Цепочка косвенных доказательств - мало, что ли? - Не мало. Но и не очень много. Цепочка пока не замкнута, и не хватает весьма существенной детали - мотива убийства. Так что сейчас придется искать мотив! Что ж, в конце концов, искать - это наша профессия. Пришлось ехать в командировку с обычной для таких случаев бытовой неустроенностью, питанием наспех и всухомятку, поездками в кузовах попутных машин по пыльным и тряским проселочным дорогам, долгими многокилометровыми концами из райцентра в колхоз, а оттуда - в отдаленную бригаду, ночлегами "где Бог послал"... Дней двадцать я мотался по городам и весям, собирая сведения о Макове. Были установлены и допрошены его родные, друзья, знакомые, сожительницы, хозяева квартир, где он иногда останавливался на ночлег... Я узнал его вкусы, привязанности, наклонности, привычки. Бродяжничать Маков начал давно, и почти ничего хорошего я о нем не услышал. Предыстория его падения началась, как и сотни ей подобных, с пьянства и осуждения за хулиганство. С тех пор и пошло... Когда я, вернувшись из командировки, принес Зайцеву пачку протоколов, впитавших все полученные сведения, он с загадочным видом достал свою схему, на которой прибавилась желтая линия. В одном небольшом городке красная и желтая линии пересекались. Совпадали и даты. - Здесь Бакыров и Маков находились в одно время, - пояснил Зайцев. - Потом Бакыров уехал, а Макова осудили за кражу. В суде он признал, что совершил кражу один, но в колонии рассказывал дружкам, что с ним был соучастник, который в критическую минуту сбежал, бросив его. Он был сердит на подельника и собирался отомстить ему.