Права Ирина Лячина: "Россия начинается с Видяева".

Видяево - заколоченные многоэтажки, словно брошенные избы. Засиженные бакланами рубки выведенных в отстой атомарин - жутковатое зрелище плавучего кладбища.

Смотрел и невольно вспоминал стихи Евгения Сигарёва, написанные о Видяеве и видяевских вдовах:

На скалах гарнизона заполярного Оставил роспись чаячий помет.

Где лодки отдыхают на приколе,

Торить вам три дороги до седин:

Одну - детьми протоптанную к школе,

Вторую - в клуб да третью - в магазин.

Там хлеб да чай подмокший на прилавке.

Там с шиком военторговским рука Транжирит заполярные надбавки За баночку сухого молока.

Там живы жестяные рукомойники И не понять, где лето, где зима.

От ветра воют, словно по покойнику,

Холодные щелястые дома.

Не греет быт паласами неброскими.

От сквозняка оконный переплет Заклеен впрок бумажными полосками,

Нарезанными из журнала мод.

Проходят годы строевыми песнями.

У мужа в море бесконечен путь.

Уж поскорей бы дослужить до пенсии,

Пожить по-человечески чуть-чуть.

Но вот однажды где-то охнут мамы И, обронив конверт, заголосят.

В Россию возвратятся телеграммы С пометками, что выбыл адресат.

Однажды к вам придут однополчане И виновато поглядят на вас.

И полыхнет полярное сиянье,

Затмив слезой сиянье ваших глаз.

Простите нас, нам не дойти до суши,

Оставшимся на вечном рубеже.

Вы столько раз спасали наши души,

Что нам пора подумать о душе...

Но пуще всего резанул по сердцу белый листок на дверях Дома офицеров флота, извещавший родственников моряков "Курска", где и когда они смогут получить капсулы с водой, взятой с места гибели их мужей, сыновей, братьев... Стеклянная пробирка с морской водой - это все, что увезут они домой. Больше слез пролито, чем той воды увезено.