Это опровергается конкретными примерами и судьбами почти каждого русского классика или уже признанного современного автора. Все они, в лучшем случае, выпадали из армии графоманов на самой ранней стадии своего писательского становления, а чаще просто были затравлены своими серыми собратьями по перу, что пошло гонимым только на пользу. Я бы в этой статье хотел бы остановиться ни сколько на талантливой литературе, а как раз на творчестве графоманов, ну, попытаться как-то объяснить, что же такое серая или как ее еще принято сегодня называть - сетевая литература.

  Если после этого моего короткого предисловия вы решите бросить писать, то вы тем самым спасете себя для очень многих полезных дел, сохраните в будущем миллионы киловатт важной жизненной энергии, сэкономите массу времени, и потом еще ни один раз скажите за это спасибо автору этой статьи. Ну, а если это не помогло, и вы все же решили сами повторить подвиг рядового графомана, то я предлагаю вам дочитать эту статью до конца, чтобы вы хотя бы смогли подстелить соломку на каменистой дороге вашего сочинительства. Я сразу скажу, что не считаю графоманов недалекими или просто больными людьми. Это форма общения с бумагой, а теперь с клавиатурой компьютера ни коим образом не принижает автора-неудачника, а лишь помогает ему выплеснуть на чужую голову не лучшую часть своего внутреннего содержания. Ну, вреда от такого доморощенного сочинительства читателям практически никакого не наносится, так как за пару лет странички графомана редко посещают больше 1-5 тысяч читателей, да и то это чаще всего такие же горемыки-авторы, которые пришли порадоваться на то, что и другие тоже плохо пишут.

  Уже даже не стоит утруждать себя массовым чтением графоманской литературы, а лишь прочитать рецензии под этими произведениями, где графоманы приободряют друг друга самыми высокими литературными оценками, как талантливо, гениально, восхитительно. Это, кстати, они делают совсем ни потому, что никогда не читали нормальной литературы и не проходили в школе Толстого, Гоголя или Гончарова, а просто такой невинной лестью графоманы страхуют от ответной критики свои собственные произведения, которые из любезности тоже назовут шедеврами.